Цель – определить факторы, ассоциированные с выявлением атеросклеротических бляшек (АСБ) каротидных артерий в мужской популяции 25–44 лет. Материал и методы. В анализ включены данные 309 мужчин 25–44 лет представительной выборки общей неорганизованной популяции 25–64 лет, сформированной по кластерному принципу (метод Киша) в рамках многоцентрового эпидемиологического исследования ЭССЕ-РФ. Все обследуемые подписывали добровольное информированное согласие на участие в исследовании, прошли кардиологический скрининг, определение АСБ в каротидных артериях на ультразвуковой системе высокого класса. Анализировалась информация по социально-демографическим, поведенческим и конвенционным факторам риска сердечно-сосудистых заболеваний, полученная согласно единому протоколу исследования ЭССЕ-РФ. Использованы методы описательной статистики, пошаговая многофакторная логистическая регрессия и χ2 -дискретизация. Результаты. Частота выявления АСБ в каротидных артериях у мужчин составила 7,4 %, варьируя с 6,3 % в возрасте 30–34 лет до 17,9 % в 40–44 лет соответственно. Значимыми детерминантами раннего атеросклероза у мужчин 25–44 лет были возраст (отношение шансов (ОШ) = 1,20; 95 % доверительный интервал (ДИ) 1,08–1,34, р = 0,001), уровень в крови липопротеинов низкой плотности (ХС ЛНП) ≥ 4,7 ммоль/л (ОШ = 9,82; 95 % ДИ 3,09–31,2, р < 0,001), окружность талии > 94 см (ОШ = 0,16; 95 % ДИ 0,04–0,58, р = 0,005) и проживание в собственном домовладении (ОШ = 4,75; 95 % ДИ 1,38–16,3, р = 0,014). Независимая ассоциация получена при использовании вместо показателя ХС ЛНП – уровня в крови общего холестерина (ОХС) ≥ 7,1 ммоль/л (ОШ = 11,2; 95 % ДИ 2,70–46,3, р = 0,001). Выводы. Чрезмерно высокие уровни атерогенных липопротеинов играют ключевую роль в формировании у мужчин раннего атеросклероза. В этой связи скрининг уровня в крови ОХС в данной группе населения является приоритетным. Данный показатель является достаточно мощным фактором выявления раннего атеросклероза, хотя и несколько уступает в данном качестве ХС ЛНП. Выявлена обратная ассоциация между атеросклерозом и абдоминальным ожирением и прямая – с проживанием в собственном домовладении. Дальнейшее изучение данных факторов может способствовать развитию персонифицированных подходов к профилактике раннего атеросклероза сонных артерий в популяции. 

Окклюзия ушка левого предсердия – немедикаментозный метод профилактики тромбоэмболических осложнений у пациентов с фибрилляцией предсердий. Ввиду высокой распространенности фибрилляции предсердий в мире и в Российской Федерации постоянно увеличивается количество пациентов, нуждающихся в профилактике ее тромбоэмболических осложнений с помощью антикоагулянтной терапии. Однако, учитывая наличие некоторых ограничений в ее применении, разработка окклюдеров ушка левого предсердия нового типа, в частности отечественного производства, как альтернативы медикаментозной антикоагуляции, и внедрение их в клиническую практику является чрезвычайно актуальной проблемой. Цель работы – протестировать отечественную модель окклюдера ушка левого предсердия и показать ее преимущества по сравнению с аналогом по типу окклюдера «Wachman 2.5». Материал и методы. Проведено два эксперимента: 1) имплантация исследуемого окклюдера в силиконовую модель ушка левого предсердия; 2) имплантация исследуемого образца окклюдера в ушко левого предсердия свиного сердца. Выводы. В ходе работы была протестирована модель отечественного окклюдера ушка левого предсердия: по результатам экспериментов на силиконовых моделях и свежих свиных сердцах отечественная модель не уступает аналогу по фиксации, а cущественных недостатков исследуемой модели не обнаружено; также она предоставляет возможность репозиционирования без деформации зубцов.

Цель исследования – поиск значимых ассоциаций показателей качества жизни и психологического статуса с годовым прогнозом пациентов с инфарктом миокарда (ИМ), а также другими детерминантами. Материал и методы. В исследование были включены 150 пациентов c нефатальным ИМ. Оценивались показатели психологического статуса и качества жизни, поведенческие и социально-экономические факторы. При выписке собирались данные медицинской документации. Через год регистрировалась частота развития композитного сердечно-сосудистого исхода. С использованием статистического анализа проводился поиск значимых ассоциативных связей между различными переменными в исследовании (методы логистической линейной и бинарной регрессии). Результаты. Субклинические и клинические проявления тревожности (частота 4,7 %) значимо ассоциировались с отсутствием высшего образования отношение шансов (ОШ) 11,3 (95 % доверительный интервал (ДИ) 1,2; 109,6), коронарным шунтированием (КШ) при ИМ ОШ 22,9 (95 % ДИ 1,6; 337,5), низким индексом полезности EQ-5D – ОШ 1,9 (95 % ДИ 1,6; 2,4); тогда как депрессии (частота 6,7 %) с острым стрессом до ИМ – ОШ 5,6 (95 % ДИ 1,3; 23,2), развитием годового композитного сердечно-сосудистого исхода – ОШ 4,5 (95 % ДИ 1,2; 17,6). По оценке качества жизни при ИМ умеренные и тяжелые проблемы в подвижности выявлены у 6,7 % пациентов, повседневной активности – у 2,0 %, боли – у 10,7 %, тревоге/депрессии – у 6,7 %, затруднений в самообслуживании не отмечалось. Состояние здоровья пациентов по шкале EQVAS 75 (65; 85) баллов, рассчитанный индекс полезности EQ-5D 1 (1; 1). Низкий балл состояния здоровья (частота 41,3 %) значимо ассоциировался с употреблением алкоголя – ОШ 2,3 (95 % ДИ 1,0; 4,9), острым стрессом до ИМ – ОШ 2,3 (95 % ДИ 1,1; 4,9), низким уровнем физической активности – ОШ 2,8 (95 % ДИ 1,0; 7,8)), неназначением антагонистов минералокортикоидных рецепторов – ОШ 2,8 (95 % ДИ 1,3; 5,9), развитием годового композитного сердечно-сосудистого исхода – ОШ 3,2 (95 % ДИ 1,2; 8,1); тогда как низкий индекс EQ-5D (частота 16,7 %) с КШ при ИМ – ОШ 21,3 (95 % ДИ 2,2; 211,2) и развитием годового композитного сердечно-сосудистого исхода – ОШ 3,4 (95 % ДИ 1,2; 9,1). У пациентов с ИМ количественное изменение уровней показателей психологического статуса (депрессии, тревожности) и изменение ключевых параметров качества жизни (состояния здоровья по шкале EQ-VAS и сводного взвешенного индекса полезности EQ-5D) являлись не только взаимосвязанными друг с другом на момент ИМ, но и детерминировались предшествующими ИМ факторами (социальными – доход, семейный статус, поведенческими – перенесенный острый стресс), клиническими особенностями, связанными с ИМ (возраст пациента на момент события, неприем статинов до ИМ, анамнез мультифокального атеросклероза, полнота коронарной реваскуляризации при ИМ или выполнение КШ), что также отражалось и на годовом прогнозе (развитие однолетнего композитного сердечно-сосудистого исхода). Заключение. У пациентов с ИМ подтверждено наличие значимых ассоциаций показателей качества жизни и психологического статуса с годовым прогнозом, а также социальными, поведенческими и клиническими. детерминантами.

Липопротеин(а) (Лп(а)) – значимый независимый фактор сердечно-сосудистого риска (ССР), ассоциированный с развитием атеросклеротических заболеваний сердечно-сосудистых заболеваний (ССЗ), сердечной недостаточности, фибрилляции предсердий и повышением общей и сердечно-сосудистой смертности. Цель исследования – оценить частоту выявления повышенного уровня Лп(а) (>75 нмоль/л) у пациентов с очень высоким ССР, а также проанализировать различия в клинико-лабораторных характеристиках и медикаментозной терапии между группами с нормальным и повышенным Лп(а). Материал и методы. Ретроспективный анализ амбулаторных карт пациентов с очень высоким ССР (n = 76, 63,2 % мужчин, медиана возраста 61,0 [51,0; 70,0] года), обратившихся в Липидный центр НИИТПМ – филиала ИЦиГ СО РАН г. Новосибирска с 07.2025 по 04.2026. Всем пациентам, включенным в исследование, ранее выполнено клинико-лабораторное исследование. Результаты. В анализируемой группе пациентов с очень высоким ССР частота повышения Лп(а) ≥75 нмоль/л составила 38,2 %, ≥125 нмоль/л – 31,6 % пациентов. В группе с повышенным уровнем Лп(а) пациенты были моложе (55,0 [47,0; 68,5] и 64,0 [53,0; 71,0] года, p = 0,019), у них раньше дебютировали ССЗ (53,5 [49,5; 60,5] и 62,0 [51,0; 66,0] года, p = 0,022) и чаще встречалась отягощенная наследственность по ССЗ (89,7 и 46,8 %, p = 0,012). В группе с повышенным уровнем Лп(а) отмечались более высокие значения ОХС (4,9 [3,4; 6,2] ммоль/л против 4,3 [3,6; 5,9] ммоль/л, p = 0,765) и ХС ЛНП (2,6 [1,6; 3,9] ммоль/л против 2,0 [1,5; 4,0] ммоль/л), однако без достижения статистической значимости (p = 0,460). Доля пациентов, достигших целевого уровня ХС ЛНП, оказалась низкой и не различалась между группами. У пациентов, не достигших целевого уровня ХС ЛНП, медиана Лп(а) была выше (45,0 [20,0; 190,5] нмоль/л) по сравнению с пациентами, достигшими целевого уровня ХС ЛНП (20,0 [20,0; 225,0] нмоль/л), однако различия не достигали статистической значимости (p = 0,533). Заключение. Частота выявления повышенного уровня Лп(а) (>75 нмоль/л) у пациентов с очень высоким ССР составила 38,2 %. У пациентов с повышенным уровнем Лп(а) наблюдается более ранний дебют ССЗ, отягощенный семейный анамнез и недостаточная эффективность стандартной липидснижающей терапии в отношении снижения ХС ЛНП.

Цель: разработка и валидация программы-калькулятора оценки риска острой декомпенсации сердечной недостаточности у пациентов с сердечной недостаточностью с низкой фракцией выброса левого желудочка (СНнФВ), находящихся на амбулаторном наблюдении. Материал и методы. В одноцентровое рандомизированное клиническое ретроспективно-проспективное исследование было включено 652 пациента с СНнФВ, наблюдающихся в Центре сердечной недостаточности, возрастом 62,5 (61; 68,5) года, из них мужчин 545 (83,6 %). Из них методом простой случайной выборки отобрано 106 пациентов, составивших группу валидации. В этой группе ежемесячно фельдшером Центра ХСН проводились телефонные опросы по определенной анкете, ориентированной на симптомы задержки жидкости, с внесением данных в программукалькулятор ЭВМ, результат обработки в виде рекомендации (экстренная госпитализация, внеплановое обращение к кардиологу, продолжение наблюдения) выводится на монитор. Валидация проводилась путем ретроспективного сравнения вариантов рекомендаций, выданных калькулятором с реальными нежелательными событиями в течение года наблюдения. Учитывались случаи экстренных госпитализаций и внеплановых обращений за медицинской помощью. Результаты. В отношении определения показаний для внепланового обращения чувствительность программы-калькулятора составила 85,5 %, специфичность — 99,5 %, площадь под ROC-кривой (AUC) — 0,925; в отношении определения показаний для любого обращения за медицинской помощью: чувствительность – 73,5 %, специфичность — 99,7 %, AUC — 0,866. Общая эффективность в отношении определения показаний для любого обращения за медицинской помощью: чувствительность — 73,5 %, специфичность — 99,7 %, AUC – 0,866. Заключение. Разработанная программа-калькулятор достаточно эффективно выявляет случаи, когда в том или ином виде обращение за медицинской помощью необходимо, и рекомендации по необходимости внепланового обращения или экстренной госпитализации в подавляющем большинстве случаев являются обоснованными.

Цель исследования — выявить ассоциации между лептином и пептидными гормонами висцеральной жировой ткани и метаболическими нарушениями при абдоминальном ожирении (АО). Материал и методы. Исследование проводилось на 101 человеке в возрасте 25–65 лет. Пациентам проводилось анкетирование, антропометрия, трехкратное измерение артериального давления, а также забор венозной крови натощак и биоптатов висцеральной жировой ткани во время планового хирургического вмешательства. Энзиматическими методами в крови были определены показатели липидного профиля и глюкозы. Из биоптатов висцеральной жировой ткани были приготовлены гомогенаты. В крови и гомогенатах жировой ткани методом мультиплексного анализа определялось содержание амилина, С-пептида, глюкагона, панкреатического полипептида (PP), грелина, глюкозозависимого инсулинотропного полипептида (GIP), глюкагоноподобного пептида-1 (GLP-1), пептида YY (PYY), секретина и лептина. У всех пациентов с помощью наборов ELISA измерен уровень половых гормонов в крови (у женщин – эстрадиола, у мужчин – тестостерона). Результаты. Установлена прямая корреляция между уровнем амилина в крови и его содержанием в висцеральной жировой ткани, а также между лептином сыворотки крови и висцеральной жировой ткани. Выявлена прямая ассоциация между содержанием лептина в висцеральной жировой ткани и метаболическими индексами TyG и LAP, а также показателями индекса массы тела (ИМТ) и окружности талии (ОТ). Содержание лептина в висцеральной жировой ткани напрямую ассоциировано с ОТ, ИМТ и АО после стандартизации по полу, возрасту, уровню глюкозы, триглицеридов, что сохранялось для лиц женского пола. Шанс наличия индекса LAP ≥ 32 увеличивается на 2,2 % при увеличении содержания лептина на 1 нг/г жировой ткани. Заключение. Содержание лептина напрямую ассоциировано с антропометрическими показателями ожирения (ОТ, ИМТ), и, как было показано в дальнейшем, эта закономерность сохранялась для лиц женского пола. Шанс наличия индекса LAP≥32 увеличивается на 2,2 % при увеличении содержания лептина на 1 нг/г жировой ткани.

Высокая распространенность низкой физической активности (ФА) и увеличенного экранного времени (ЭВ) является одним из основных модифицируемых факторов риска развития сердечно-сосудистых заболеваний, обусловленных атеросклерозом. Ассоциации атерогенного липидного профиля крови и низкой ФА недостаточно изучены, хотя представляют большой интерес. Целью работы является изучение показателей липидного профиля крови при разных уровнях ФА и ЭВ в подростковом возрасте. Материал и методы. В исследование вошли одномоментные популяционные скрининги лиц подросткового возраста 14–18 лет обоего пола, проведенные в 2009, 2014, 2019 и 2024 гг. Всего обследовано 2638 подростков обоего пола. ФА оценивалась по четырем критериям (по категориям, по количеству часов в неделю, по международному опроснику по ФА (iPAQ) и по критериям ВОЗ), а ЭВ – по количеству часов в неделю сидя или лежа за экраном компьютера или телевизора, в 2024 г. и за экраном смартфона. Исследования крови проводили натощак энзиматическими методами. В анализ включены уровни общего холестерина (ОХС), холестерина липопротеинов низкой плотности (ХС ЛНП), холестерина липопротеинов высокой плотности (ХС ЛВП), триглицеридов (ТГ), индекса атерогенности (ИА). Статистический анализ проводился с помощью программы SPSS 13.0. Результаты. Получена высокая распространенность сниженной ФА по всем изученным критериям (от 38,6 до 52 % у мальчиков и от 63 до 75 % у девочек, p < 0,05). Распространенность сниженной ФA у лиц обоего пола за 15 лет уменьшилась. Увеличенное ЭВ выявлено у 75 % подростков обоего пола. Структура ЭВ с 2009 по 2024 гг. существенно изменилась: просмотр телевизора упал почти в 10 раз, время, проведенное за компьютером, увеличилось. Однако в 2024 г. отмечено значительное снижение компьютерного времени за счет увеличения времени, проводимого за экраном смартфона. Получены ассоциации показателей липидного профиля крови (уровней ТГ, ХС ЛВП) и ИА со сниженным уровнем ФА и высокими значениями ЭВ. Наиболее информативными оказались критерии ФА по количеству часов в неделю, а критерии iPAQ – малочувствительными. Заключение. Выявлена высокая распространенность сниженной ФА и увеличенного ЭВ у подростков. Значительно изменилась структура ЭВ. Получены ассоциации сниженной ФА с липидными показателями крови у подростков.

Абберантная правая подключичная артерия или так называемая arteria lusoria является самой частой аномалией дуги аорты (0,19–4,1 %). При этом в литературе довольно мало статей о взаимосвязи встречаемости врожденной патологии развития сосудистой системы и злокачественных новообразований. Предоперационное выявление данной патологии крайне важно при лечении пациентов со злокачественными новообразованиями пищевода, легкого и щитовидной железы, органов средостения, что минимизирует риск массивных артериальных кровотечений, ишемии правой верхней конечности, а также повреждения правого невозвратного нижнего гортанного нерва. Мы хотели представить обзор литературы и три клинических случая данной патологии. 

Адипокины и воспалительные цитокины играют ключевую роль в регуляции метаболических, воспалительных и сердечно-сосудистых процессов. Их участие в патогенезе артериальной гипертензии (АГ) открывает новые возможности для понимания механизмов развития заболевания и разработки персонализированных подходов к его профилактике и лечению. Особое значение данные молекулы имеют у молодых пациентов 25–45 лет, у которых АГ может протекать скрыто и требовать более чувствительных биомаркеров для диагностики и прогноза. Цель исследования — анализ современных данных о роли адипокинов и цитокинов в патофизиологии АГ с акцентом на их диагностическую и прогностическую ценность. Материал и методы. Для анализа использовались результаты доклинических и клинических исследований, опубликованных в период с 1986 по 2026 г. Обзор включал данные из баз РИНЦ, PubMed и Google Scholar, с учетом возрастного диапазона 18–45 лет. Результаты. Провоспалительные адипокины, такие как висфатин, резистин, PAI-1, липокалин-2, а также цитокины ФНО-α и ИЛ-6 демонстрируют тесную взаимосвязь с развитием АГ, особенно при наличии ожирения и метаболического синдрома. Заключение. Адипокины и воспалительные цитокины представляют собой важную группу биомаркеров, способных улучшить раннюю диагностику, стратификацию риска и прогнозирование эффективности терапии у пациентов с АГ. Представленные данные подчеркивают необходимость дальнейших проспективных исследований для уточнения механизмов действия этих молекул и их клинической значимости, особенно среди молодого населения.

Кальцифицирующий стеноз устья аорты и атеросклеротическое поражение коронарных артерий не только разделяют общие факторы риска, но и синергично воздействуют на миокард левого желудочка (ЛЖ). У 60–70 % пациентов с тяжелым аортальным стенозом выявляется гемодинамически значимая коронарная болезнь сердца, а сопутствующая гипертрофия ЛЖ, повышая чувствительность миокарда к ишемии, ускоряет формирование субэндокардиального заместительного фиброза — независимого предиктора неблагоприятного прогноза после протезирования клапана. В настоящем обзоре представлен анализ современных данных о структурно-функциональном ремоделировании ЛЖ у пациентов с тяжелым аортальным стенозом после транскатетерной имплантации аортального клапана (TAVI) и открытого хирургического протезирования (SAVR). Систематизированы данные о популяционной распространенности аортального стеноза и детализированы механизмы морфофункциональной перестройки миокарда, среди которых центральное место отведено гипертрофии мышечных волокон, фиброзному перерождению стромы и нейрогормональной дисрегуляции. Изучена динамика обратной структурной перестройки ЛЖ с помощью эхокардиографии и магнитно-резонансной томографии сердца, достигнутая в результате применения двух альтернативных стратегий коррекции аортального стеноза. Показано, что TAVI ассоциируется с более ранним и выраженным обратным ремоделированием в течение первых 6 месяцев после вмешательства, в то время как SAVR характеризуется постепенным, но устойчивым улучшением морфофункциональных параметров ЛЖ. Детально проанализированы молекулярные основы обратного развития гипертрофии кардиомиоцитов и интерстициального фиброза, а также рассмотрено, каким образом структурная перестройка сердца коррелирует с клиническими исходами и отдаленным прогнозом. В обзоре также систематизированы результаты, полученные отечественными научными коллективами при изучении данной проблемы. Наряду с этим проанализированы предикторы, способные ограничивать или, напротив, потенцировать полноту обратного структурного восстановления миокарда. Намечены горизонты будущих изысканий, среди которых особо выделено внедрение протеомных и геномных методик, открывающих путь к персонализированному выбору варианта клапанного протезирования.

Разработаны рабочей группой Европейского общества кардиологов по миокардиту и перикардиту, одобрены Ассоциацией европейской педиатрической и врожденной кардиологии (AEPC) и Европейской ассоциацией кардиоторакальной хирургии (EACTS)). Опубликовано: European Heart Journal, 22 октября 2025 г.