aterosklerozАтеросклерозAteroscleroz2078-256X2949-3633НИИТПМ-филиал ИЦиГ СО РАН10.52727/2078-256X-2023-19-2-115-125ateroskleroz-905Research ArticleОРИГИНАЛЬНЫЕ СТАТЬИORIGINAL ARTICLESАссоциации С-пептида с кардиометаболическими показателями у женщин 25–44 лет с разными метаболическими фенотипамиAssociations of C-peptide with cardiometabolic parameters in women aged 25–44 years with different metabolic phenotypeshttps://orcid.org/0000-0003-4716-876XМустафинаС. В.MustafinaS. V.

Светлана Владимировна Мустафина, д-р мед. наук

630089, г. Новосибирск, ул. Бориса Богаткова, 175/1

Svetlana V. Mustafina, doctor of medical sciences

175/1, Boris Bogatkov str., Novosibirsk, 630089

svetlana3548@gmail.comhttps://orcid.org/0000-0002-1645-5523АлфёроваВ. И.AlferovaV. I.

Влада Игоревна Алфёрова, аспирант

630089, г. Новосибирск, ул. Бориса Богаткова, 175/1

Vlada I. Alferova, MD, postgraduate student

175/1, Boris Bogatkov str., Novosibirsk, 630089

lady.alfyorova2009@yandex.ruhttps://orcid.org/0000-0001-9270-9188ЩербаковаЛ. В.ShcherbakovaL. V.

Лилия Валерьевна Щербакова

630089, г. Новосибирск, ул. Бориса Богаткова, 175/1

Liliya V. Shcherbakova, MD

175/1, Boris Bogatkov str., Novosibirsk, 630089

9584792@mail.ruhttps://orcid.org/0000-0003-2268-4186КаштановаЕ. В.KashtanovaE. V.

Елена Владимировна Каштанова, д-р мед. наук

630089, г. Новосибирск, ул. Бориса Богаткова, 175/1

Elena V. Kashtanova, doctor of medical sciences

175/1, Boris Bogatkov str., Novosibirsk, 630089

elekastanova@yandex.ruhttps://orcid.org/0000-0002-2470-2133ДенисоваД. В.DenisovaD. V.

Диана Вахтанговна Денисова, д-р мед. наук

630089, г. Новосибирск, ул. Бориса Богаткова, 175/1

Diana V. Denisova, doctor of medical sciences

175/1, Boris Bogatkov str., Novosibirsk, 630089

denisovadiana@gmail.comНаучно-исследовательский институт терапии и профилактической медицины – филиал Федерального государственного бюджетного научного учреждения «Федеральный исследовательский центр Институт цитологии и генетики Сибирского отделения Российской академии наук»РоссияResearch Institutе of Internal and Preventive Medicine – Branch of the Institute of Cytology and Genetics, Siberian Branch of Russian Academy of SciencesRussian Federation202310072023192115125Copyright © Мустафина С.В., Алфёрова В.И., Щербакова Л.В., Каштанова Е.В., Денисова Д.В., 20232023Мустафина С.В., Алфёрова В.И., Щербакова Л.В., Каштанова Е.В., Денисова Д.В.Mustafina S.V., Alferova V.I., Shcherbakova L.V., Kashtanova E.V., Denisova D.V.This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 License.https://ateroskleroz.elpub.ru/jour/article/view/905

Развитие атеросклеротических заболеваний патогенетически связано с нарастанием инсулинрезистентности, косвенным маркером которой является С-пептид. Кроме того, данные литературы свидетельствуют о собственных проатерогенных эффектах С-пептида. В последние годы все большее распространение получает концепция выделения метаболически здорового (МЗФ) и нездорового фенотипа (МНЗФ) при разной массе тела. Считается, что их ключевое различие заключается в более выраженной при МНЗФ инсулинрезистентности, однако нет четких данных об ассоциации С-пептида с МЗФ или МНЗФ. Цель исследования – изучить ассоциации уровня С-пептида с разными метаболическими фенотипами у женщин 25–44 лет. Материал и методы. Исследование проведено на основе репрезентативной выборки лиц в возрасте 25–44 лет (n = 1513, из них 840 женщин). В анализ вошли показатели 655 женщин. Определение МЗФ и МНЗФ проведено с использованием критериев IDF, 2005 для диагностики метаболического синдрома. В группах, разделенных по величине индекса массы тела (ИМТ), выполнены антропометрические измерения, биохимическое и гормональное исследование крови. Уровень С-пептида определяли методом мультиплексного анализа. Результаты. Содержание С-пептида в обследуемой выборке составило 0,9 [0,5; 1,3] нг/мл (Me [Q1; Q3]), при МЗФ – 0,8 [0,5; 1,1] нг/мл, при МНЗФ – 1,3 [0,7; 1,8] нг/мл, р < 0,0001. При повышении ИМТ концентрация С-пептида возрастала как при МЗФ (с 0,8 [0,4; 1,1] до 1,2 [0,8; 1,7] нг/мл, ртренда < 0,0001), так и при МНЗФ (с 0,8 [0,2; 1,2] до 1,5 [0,9; 2,1] нг/мл, ртренда = 0,006). Частота МНЗФ в 4-м квартиле С-пептида в 2,7 раза выше, чем в 1-м квартиле (р < 0,0001), а частота МЗФ – в 1,6 раза ниже (р = 0,001). Содержание С-пептида коррелировало с антропометрическими показателями, концентрацией глюкозы, липидов, активностью трансаминаз, фильтрационной способностью почек. Уровень С-пептида более 1,33 у молодых женщин свидетельствует о высокой вероятности наличия МНЗФ при максимальной чувствительности и специфичности (Se = 49,3 %, Sp = 85,9 %). Заключение. У женщин с МНЗФ содержание С-пептида на 38,5 % больше, чем при МЗФ. Частота МНЗФ в 4-м квартиле С-пептида в 3,2 раза выше, чем в 1-м квартиле. Уровень С-пептида более 1,33 нг/мл ассоциирован с наличием МНЗФ.

The development of atherosclerotic diseases is pathogenetically associated with an increase in insulin resistance, an indirect marker of which is the C-peptide. In addition, literature data indicate the intrinsic proatherogenic effects of C-peptide. In recent years, the concept of separating metabolically healthy (MHP) and unhealthy phenotype (MUHP) at different body weights has become increasingly widespread. It believed that the key difference between MHP and MUHP is the more pronounced insulin resistance in the latter, but there are no clear data on the association of C-peptide with MHP or MUHP. Aim of the study was to investigate the association of C-peptide level with different metabolic phenotypes in women aged 25–44 years. Material and methods. The study was conducted on the basis of a representative sample of women aged 25–44 years (n = 1513, of which 840 women). The analysis included indicators of 655 women. The definition of MHP and MUHP carried out using the IDF criteria, 2005 for the diagnosis of metabolic syndrome. Anthropometric measurements, biochemical and hormonal blood tests have been carried out in groups divided by the body mass index (BMI). The level of C-peptide was determined by the method of multiplex analysis. Results. C-peptide content in the examined sample was 0.9 [0.5; 1.3] ng/ml (Me [Q1; Q3]), with MHP – 0.8 [0.5; 1.1] ng/ml, with MUHP – 1.3 [0.7; 1.8] ng/ml, p < 0.0001. With an increase in BMI, the median of C-peptide increased both in MHP (from 0.8 [0.4; 1.1] to 1.2 [0.8; 1.7] ng/mL, ptrend < 0.0001) and with MUHP (from 0.8 [0.2; 1.2] to 1.5 [0.9; 2.1] ng/mL, ptrend = 0.006). The frequency of MUHP in the 4th quartile of the C-peptide is 2.7 times higher than in the 1st quartile (p < 0.0001), and the frequency of MHP – 1.6 times lower (p = 0.001). C-peptide content correlated with anthropometric parameters, glucose, lipid concentration, transaminase activity, kidney filtration capacity. A C-peptide level of more than 1.33 in young women indicates a high probability of having MUHP with maximum sensitivity and specificity (Se = 49.3 %, Sp = 85.9 %). Conclusions. In women with MUHP, C-peptide content is 38.5 % higher than in women with MHP. The frequency of MUHP in the 4th quartile of the C-peptide is 3.2 times higher than in the 1st quartile. The level of C-peptide above 1.33 ng/ml is associated with the presence of MUHP.

С-пептидинсулинрезистентностьсахарный диабетожирениемолодые женщиныметаболические фенотипыC-peptideinsulin resistancediabetes mellitusobesityyoung womenmetabolic phenotypesРабота проведена в рамках бюджетной темы, рег. № 122031700094-5 «Эпидемиологический мониторинг состояния здоровья населения и изучение молекулярно-генетических и молекулярно-биологических механизмов развития распространенных терапевтических заболеваний в Сибири для совершенствования подходов к их диагностике, профилактике и лечению».The work carried out within the framework of the budgetary theme of research work Reg. № 122031700094-5 «Epidemiological monitoring of the health status of the population and the study of genetic and molecular biological mechanisms for the development of common therapeutic diseases in Siberia to improve approaches to their diagnosis, prevention and treatment».ReferencesLee S.H., Park S.Y., Choi C.S. Insulin Resistance: From Mechanisms to Therapeutic Strategies. Diabetes Metab. J., 2022; 46 (1): 15–37. doi: 10.4093/dmj.2021.0280Lee S.H., Park S.Y., Choi C.S. Insulin Resistance: From Mechanisms to Therapeutic Strategies. Diabetes Metab. J., 2022; 46 (1): 15–37. doi: 10.4093/dmj.2021.0280Vejrazkova D., Vankova M., Lukasova P., Vcelak J., Bendlova B. Insights into the physiology of C-peptide. Physiol. Res., 2020; 69 (2): 237–243. doi: 10.33549/physiolres.934519Vejrazkova D., Vankova M., Lukasova P., Vcelak J., Bendlova B. Insights into the physiology of C-peptide. Physiol. Res., 2020; 69 (2): 237–243. doi: 10.33549/physiolres.934519Wahren J. C-peptide and the pathophysiology of microvascular complications of diabetes. J. Intern. Med., 2017; 281 (1): 3–6. doi: 10.1111/joim.12541Wahren J. C-peptide and the pathophysiology of microvascular complications of diabetes. J. Intern. Med., 2017; 281 (1): 3–6. doi: 10.1111/joim.12541Hills C.E., Brunskill N.J. Intracellular signalling by C-peptide. Exp. Diabetes Res., 2008; 2008: 635158. doi: 10.1155/2008/635158Hills C.E., Brunskill N.J. Intracellular signalling by C-peptide. Exp. Diabetes Res., 2008; 2008: 635158. doi: 10.1155/2008/635158Harnishsingh B., Rama B. Is C-peptide a predictor of severity of coronary artery disease in metabolic syndrome? An observational study. Indian Heart J., 2018; 70 (3): 105–109. doi: 10.1016/j.ihj.2018.07.005Harnishsingh B., Rama B. Is C-peptide a predictor of severity of coronary artery disease in metabolic syndrome? An observational study. Indian Heart J., 2018; 70 (3): 105–109. doi: 10.1016/j.ihj.2018.07.005Alves M.T., Ortiz M.M.O., Dos Reis G.V.O.P., Dusse L.M.S., Carvalho M.D.G., Fernandes A.P., Gomes K.B. The dual effect of C-peptide on cellular activation and atherosclerosis: Protective or not? Diabetes Metab. Res. Rev., 2019; 35 (1): e3071. doi: 10.1002/dmrr.3071Alves M.T., Ortiz M.M.O., Dos Reis G.V.O.P., Dusse L.M.S., Carvalho M.D.G., Fernandes A.P., Gomes K.B. The dual effect of C-peptide on cellular activation and atherosclerosis: Protective or not? Diabetes Metab. Res. Rev., 2019; 35 (1): e3071. doi: 10.1002/dmrr.3071Мустафина С.В., Винтер Д.А., Рымар О.Д., Щербакова Л.В., Гафаров В.В., Панов Д.О., Громова Е.А., Гафарова А.В., Веревкин Е.Г., Никитенко Т.И., Bobak M., Малютина С.К. Фенотипы ожирения и риск развития инфаркта миокарда по данным проспективного когортного исследования. Рос. кардиол. журн., 2019; (6): 109–114.Mustafina S.V., Vinter D.A., Rymar O.D., Scherbakova L.V., Gafarov V.V., Panov D.O., Gromova E.A., Gafarova A.V., Verevkin E.G., Nikitenko T.I., Bobak M., Malyutina S.K. Obesity phenotypes and the risk of myocardial infarction: a prospective cohort study. Rus. J. Cardiol., 2019; (6): 109–114. (In Russ.) https://doi.org/10.15829/1560-4071-2019-6-109-114]Козупеева Д.А., Мустафина С.В. Метаболически здоровое ожирение и атеросклероз-ассоциированные заболевания. Атеросклероз, 2016; 12 (2): 42–47.Kozupeeva D.A., Mustafina S.V. Metabolically healthy obesity and atherosclerosis related diseases (scientific review). Ateroscleroz, 2016; 12 (2): 42–47. (In Russ.).Phillips C.M. Metabolically healthy obesity across the life course: epidemiology, determinants, and implications. Ann. NY Acad. Sci., 2017; 1391 (1): 85–100. doi: 10.1111/nyas.13230Phillips C.M. Metabolically healthy obesity across the life course: epidemiology, determinants, and implications. Ann. NY Acad. Sci., 2017; 1391 (1): 85–100. doi: 10.1111/nyas.13230Бородкина Д.А., Груздева О.В., Квиткова Л.В., Барбараш О.Л. Можно ли назвать висцеральное ожирение ключевым фактором парадокса ожирения? Пробл. эндокринологии, 2016; 62 (6): 33–39.Borodkina D.A., Gruzdeva O.V., Kvitkova L.V., Barbarash O.L. Is visceral obesity the cause of obesity paradox? Problems of Endocrinology. 2016; 62 (6): 33–39. (In Russ.) https://doi.org/10.14341/probl201662633-39Цыганкова О.В., Николаев К.Ю., Федорова Е.Л., Бондарева З.Г., Рагино Ю.И., Платонов Д.Ю., Пустоветова М.Г. Факторы риска сердечно-сосудистых заболеваний. Взгляд на женщину. Атеросклероз, 2014; 10 (1): 44–55.Tsygankova O.V., Nikolaev K.Yu., Fedorova E.L., Bondareva Z.G., Ragino Yu.I., Platonov D.Yu., Pustovetova M.G. Risk factors of cardiovascular diseases. look at the woman. Ateroscleroz, 2014; 10 (1): 44–55. (In Russ.).Levin A., Stevens P.E. Summary of KDIGO 2012 CKD Guideline: Behind the scenes, need for guidance and a framework for moving forward. Kidney Int., 2014; 85: 49–61. doi: 10.1038/ki.2013.444Levin A., Stevens P.E. Summary of KDIGO 2012 CKD Guideline: Behind the scenes, need for guidance and a framework for moving forward. Kidney Int., 2014; 85: 49–61. doi: 10.1038/ki.2013.444Alberti K.G., Zimmet P., Shaw J. Metabolic syndrome – a new world-wide definition. A Consensus Statement from the International Diabetes Federation. Diabet Med., 2006; 23 (5): 469–480. doi: 10.1111/j.1464-5491.2006.01858.xAlberti K.G., Zimmet P., Shaw J. Metabolic syndrome – a new world-wide definition. A Consensus Statement from the International Diabetes Federation. Diabet Med., 2006; 23 (5): 469–480. doi: 10.1111/j.1464-5491.2006.01858.xHjelmgren O., Gummesson A., Bergström G., Schmidt C. Beta-Cell Function, Self-rated Health, and Lifestyle Habits in 64-Year-Old Swedish Women with Metabolically Healthy Obesity Phenotype. J. Obes Metab. Syndr., 2020; 29 (1): 39–46. doi: 10.7570/jomes19078Hjelmgren O., Gummesson A., Bergström G., Schmidt C. Beta-Cell Function, Self-rated Health, and Lifestyle Habits in 64-Year-Old Swedish Women with Metabolically Healthy Obesity Phenotype. J. Obes Metab. Syndr., 2020; 29 (1): 39–46. doi: 10.7570/jomes19078Литвинова Л.С., Василенко М.А., Затолокин П.А., Аксенова Н.Н., Фаттахов Н.С., Вайсбейн И.З., Миронюк Н.И., Кириенкова Е.В. Роль адипокинов в регуляции метаболических процессов при коррекции ожирения. Сахарный диабет, 2014; 17 (3): 51–59.Litvinova L.S., Vasilenko M.A., Zatolokin P.A., Aksenova N.N., Fattakhov N.S., Vaysbeyn I.Z., Mironyuk N.I., Kirienkova E.V. Adipokines in metabolic processes regulating during obesity treatment. Diabetes mellitus, 2014; 17 (3): 51–59. (In Russ.) https://doi.org/10.14341/DM2014351-59Chen Z., He J., Ma Q., Xiao M. Association Between C-Peptide Level and Subclinical Myocardial Injury.Endocrinol. (Lausanne), 2021; 12: 680501. doi: 10.3389/fendo.2021.680501Chen Z., He J., Ma Q., Xiao M. Association Between C-Peptide Level and Subclinical Myocardial Injury.Endocrinol. (Lausanne), 2021; 12: 680501. doi: 10.3389/fendo.2021.680501Kron V., Verner M., Smetana P., Janoutova J., Janout V., Martinik K. Alterations of glycaemia, insulin resistance and body mass index within the C-peptide optimal range in non-diabetic patients. J. Appl. Biomed., 2020; 18 (4): 136–142. doi: 10.32725/jab.2020.018Kron V., Verner M., Smetana P., Janoutova J., Janout V., Martinik K. Alterations of glycaemia, insulin resistance and body mass index within the C-peptide optimal range in non-diabetic patients. J. Appl. Biomed., 2020; 18 (4): 136–142. doi: 10.32725/jab.2020.018Князев Ю.А., Беспалова В.А. Международная система единиц СИ (SI) и коэффициенты пересчета (основные лабораторные показатели в эндокринологии). Пробл. эндокринологии, 2000; 46 (3): 45–48.Knyazev Yu.A., Bespalova V.A. International System of Units SI and conversion factors (main laboratory indicators in endocrinology). Problems of Endocrinology, 2000; 46 (3): 45–48. (In Russ.) https://doi.org/10.14341/probl11853Gonzalez-Mejia M.E., Porchia L.M., Torres-Rasgado E., Ruiz-Vivanco G., Pulido-Pérez P., Báez-Duarte B.G., Pérez-Fuentes R. C-Peptide Is a Sensitive Indicator for the Diagnosis of Metabolic Syndrome in Subjects from Central Mexico. Metab. Syndr. Relat. Disord., 2016; 14 (4): 210–216. doi: 10.1089/met.2015.0067Gonzalez-Mejia M.E., Porchia L.M., Torres-Rasgado E., Ruiz-Vivanco G., Pulido-Pérez P., Báez-Duarte B.G., Pérez-Fuentes R. C-Peptide Is a Sensitive Indicator for the Diagnosis of Metabolic Syndrome in Subjects from Central Mexico. Metab. Syndr. Relat. Disord., 2016; 14 (4): 210–216. doi: 10.1089/met.2015.0067Abdullah A., Hasan H., Raigangar V., Bani-Issa W. C-Peptide versus insulin: relationships with risk biomarkers of cardiovascular disease in metabolic syndrome in young arab females. Int. J. Endocrinol., 2012; 2012: 420792. doi: 10.1155/2012/420792Abdullah A., Hasan H., Raigangar V., Bani-Issa W. C-Peptide versus insulin: relationships with risk biomarkers of cardiovascular disease in metabolic syndrome in young arab females. Int. J. Endocrinol., 2012; 2012: 420792. doi: 10.1155/2012/420792Mahmoodi M.R., Najafipour H. Association of C-peptide and lipoprotein(a) as two predictors with cardiometabolic biomarkers in patients with type 2 diabetes in KERCADR population-based study. PLoS One, 2022; 17 (5): e0268927. doi: 10.1371/journal.pone.0268927Mahmoodi M.R., Najafipour H. Association of C-peptide and lipoprotein(a) as two predictors with cardiometabolic biomarkers in patients with type 2 diabetes in KERCADR population-based study. PLoS One, 2022; 17 (5): e0268927. doi: 10.1371/journal.pone.0268927Patel N., Taveira T.H., Choudhary G., Whitlatch H., Wu W.C. Fasting serum C-peptide levels predict cardiovascular and overall death in nondiabetic adults. J. Am. Heart Assoc., 2012; 1 (6): e003152. doi: 10.1161/JAHA.112.003152Patel N., Taveira T.H., Choudhary G., Whitlatch H., Wu W.C. Fasting serum C-peptide levels predict cardiovascular and overall death in nondiabetic adults. J. Am. Heart Assoc., 2012; 1 (6): e003152. doi: 10.1161/JAHA.112.003152Wang T., Li M., Zeng T., Hu R., Xu Y., Xu M., Zhao Z., Chen Y., Wang S., Lin H., Yu X., Chen G., Su Q., Mu Y., Chen L., Tang X., Yan L., Qin G., Wan Q., Gao Z., Wang G., Shen F., Luo Z., Qin Y., Chen L., Huo Y., Li Q., Ye Z., Zhang Y., Liu C., Wang Y., Wu S., Yang T., Deng H., Zhao J., Shi L., Ning G., Bi Y., Wang W., Lu J. Association between insulin resistance and cardiovascular disease risk varies according to glucose tolerance status: a nationwide prospective cohort study. Diabetes Care, 2022; 45 (8): 1863–1872. doi: 10.2337/dc22-0202Wang T., Li M., Zeng T., Hu R., Xu Y., Xu M., Zhao Z., Chen Y., Wang S., Lin H., Yu X., Chen G., Su Q., Mu Y., Chen L., Tang X., Yan L., Qin G., Wan Q., Gao Z., Wang G., Shen F., Luo Z., Qin Y., Chen L., Huo Y., Li Q., Ye Z., Zhang Y., Liu C., Wang Y., Wu S., Yang T., Deng H., Zhao J., Shi L., Ning G., Bi Y., Wang W., Lu J. Association between insulin resistance and cardiovascular disease risk varies according to glucose tolerance status: a nationwide prospective cohort study. Diabetes Care, 2022; 45 (8): 1863–1872. doi: 10.2337/dc22-0202Qin J., Sun R., Ding D. Effects of serum C-Peptide level on blood lipid and cardiovascular and cerebrovascular injury in patients with type 2 diabetes mellitus: a meta-analysis. Contrast Media Mol. Imaging, 2022; 2022: 6314435. doi: 10.1155/2022/6314435Qin J., Sun R., Ding D. Effects of serum C-Peptide level on blood lipid and cardiovascular and cerebrovascular injury in patients with type 2 diabetes mellitus: a meta-analysis. Contrast Media Mol. Imaging, 2022; 2022: 6314435. doi: 10.1155/2022/6314435

The authors declare that there are no conflicts of interest present.